Сказка для Сказочника
Автор: Я
Бета: поживем – увидим
Фендом: ориджинал
Категория: слеш
Жар: фентези, романс
Размер: макси
Статус: в работе
Рейтинг: NC-17
Глава1. Не беченоГлава 1
Дракону, видимо, надоело жрать принцесс. Вот почти тысячу лет ничего его не смущало, а тут на тебе! Подавай разнообразие в рационе. Ее высочество как-то даже оскорбилась. Собравшиеся остолбенели, ошарашено глядя вслед чешуйчатой сволочи. Вроде бы принцесса жива – ура? Но принца то сожрет, гадина хвостатая – траур?
Первым в себя пришел герцог:
- Охрана!
- Отставить! – Рявкнул король. И уже спокойнее продолжил. – Что с вами, герцог? Вы не хуже меня знаете, что если бы у нас была хоть малейшая возможность справится с драконом, мы ни в коем случае не отдали бы ему принцессу. От того, что он забрал принца, к сожалению, ничего не изменилось.
Королева тихо заплакала. Над дворцом поднимались черные траурные флаги. Герцог поджал губы, коротко поклонился и, чеканя шаг, покинул Драконью Площадь. Именно такое гордое название носила площадка на крыше самой высокой дворцовой башни, куда раз в пятьдесят лет поднималась девушка, обреченная на такую оригинальную разновидность смертной казни.
Стоит заметить, что за последние пятьсот лет дракону не скормили ни одной урожденной принцессы. По какому-то странному стечению обстоятельств ни один король не желал отдавать на съедения родную дочь. Удивительно, правда? Начало новой традиции положил Ринн Великий Хитрец. Ни одного сражения этот знаменитый монарх не выиграл грубой силой. Ни один договор не подписал в ущерб себе. В любой ситуации, он всегда находил, как вывернуться, за что и был прозван в народе Великой Ящерицей. Когда пришло время кормить дракона, он ни в какую не пожелал сватать на роль корма ни одну из троих своих, обожаемых дочерей. Хочет принцессу, гад ползучий? Ну, пусть получит!
Призвав к себе сына, он сообщил принцу, что неженатый наследник провоцирует нестабильную обстановку в стране и тем же вечером обвенчал любимое чадо с девушкой, имя которой, история не сохранила. Единственное, что о ней известно, что была она неимоверной красоты, как и все ведьмы. Ну, и то, что за проклятие засухи, наложенное на южные районы, где молодой ведьме имели неосторожность нахамить, девушку приговорили к смертной казне. Здраво рассудив, что барышне все равно умирать, так не лучше ли это сделать на благо родине, Великая Ящерица призвал на помощь дворцовского колдуна, начальника стражи и священника. Обвенчал брыкающуюся ведьму с принцем (вот ведь дура, все нормальные девки мечтают за принца выскочить, а эта еще и недовольна чем-то!) и скормил ее дракону с чистой совестью, не нарушив обетов предков. Принцесса? Принцесса. Скормили? Скормили. Все по договору, все довольны. Можно расходиться.
В народе, правда, на этот счет ходило несколько мнений. Людям было приятно думать, что обвенчались принц с принцессой по большой любви. Далее шли разные версии. Некоторые предполагали, что Его Величество был против женитьбы и избавился от неугодной невестки. Другие, что барышня оказалась виновата сама – нечего в спящих принцев отравленными ножечками тыкать, все знают что, кто и в кого должен тыкать на брачном ложе. Третьи говорили, что новоиспеченная принцесса кинулась в объятия дракона сама. То ли впала в гипнотический экстаз, глядя на блестящую под солнцем чешую, то ли прониклась сестринскими чувствами к дочерям Ринна и решила пожертвовать собой. В любом случае факт оставался фактом: король не хотел кормить дракона родными дочерями – и не кормил.
Принц отцовскими идеями проникся и, оказавшись в подобной ситуации, уже хорошо знал, что делать. Приговоренных к казни девушек в королевстве всегда хватало. Неугодные фаворитки, неудачливые отравительницы, оклевещенные горожанки – кого только не доводилось жрать несчастному дракону. Королевская семья от чистого сердца желала дракону отравиться очередной гулящей простолюдинкой и шла спать с чистой совестью. Но чешуйчатый гад обладал завидным здоровьем и не подавился даже Рыжей Дарой – предводительницей разбойничьей шайки, дамой бесспорных талантов и смертельно ядовитого языка. В переносном смысле, конечно.
Посидев пять веков на подобной диете, дракон, по всей видимости, решил, что голубая кровь таки имеет некий пикантный привкус, распознал очередную подставу и не стал жрать очередную приговоренную к смерти ведьму, наглейшим образом утащив наследного принца на глазах у обалдевших придворных.
- Далеко собираешься? – Поинтересовался наставник Саррт, с интересом наблюдая за метаниями герцога по комнате.
- Далеко. – Огрызнулся не наследный принц Вилиар.
- Очаровательно. Король знает?
- Если ты не доложишь, то и не узнает.
- И с каких это пор я у нас главный стукач?
- Извини. – Герцог замирает на середине движения, устало трет переносицу.
Виллар похож на наследника престола, гораздо больше сводного брата. Фамильная масть: платиновая грива, рыцарская стать, холодные серые глаза. От матери он унаследовал только высокие скулы и миндалевидный разрез глаз. У брата нынешнего короля не было повода усомниться в том, что черноокая танцовщица с юга родила от него. Как не было повода предположить, что та, которая подарила ему такое счастье, подарит предательство. К чести королевы Морганы стоит заметить, что она ничего не знала до последнего момента, и слезы ее над могилой мужа были искренними. А вот его величество Грид мог надеяться только на честность жены, потому, что наследный принц Тин был похож на мать, как две капли воды: тонкокостный, невысокий, с черными, вороного крыла, волосами, и мамиными же колдовскими глазами. Его Величество тяжело вздыхал, но молчал - он бы предпочел, чтобы принцы поменялись местами.
Вилиар не давал ему спокойно жить, напоминая о том, как ради улыбки безродной красавицы, он предал младшего брата, но отослать не наследного принца не давали презрительно поджатые губы Морганы. А Тин… Его Величество отчаянно надеялся на то, что с возрастом сын станет серьезнее, основательнее, усидчивее. Вилиар знал своего брата гораздо лучше, чем кто бы то ни было, и прекрасно понимал, что на престоле Тин долго не усидит. И делал все, что мог, чтобы обеспечить брату надежный круг придворных. Герцог продумал многое. Он на двадцать лет расписал свою жизнь и жизнь брата. Он лично набирал дворцовую стражу. Благо, Его Величество пожаловал племяннику титул и звание, дававшие полное право на подобные действия. Он проводил с братом все свободное и несвободное время, оберегая от любых неприятностей. Существующих ли, иллюзорных ли. Придворные были уверены в том, что Вилиар, усадив Тина на трон, будет править сам, стоя за спиной брата. Наставник Саррт улыбался и молчал.
Не вызывало никакого сомнения, сейчас в гостиных шушукались о том, как удачно дракон расчистил Вилиару путь к престолу. А герцог сходил с ума, от мысли, что дракон мог успеть съесть брата уже двадцать раз.
- Ты серьезно собрался в одиночку на дракона?
- Да, нет! Шучу! Видишь, какое настроение замечательное?
- А тебя не смущает, что на него с истории появления охотятся все, кто ходить может? И что эта ящерица облезлая даже о Дира Храбреца зубы не обломала? Даже не смотря на все его заговоренные доспехи, которые, говорят, ни один меч не брал?
- Плевать.
- Занятная тактика. Ты, знаешь, драконы считаются порождениями огненными, так что может и сработать, в принципе…
Герцог устало опустился на сундук и зарылся пальцами в породистую свою гриву.
- Саррт, что мне делать?
- Попросить старого, мудрого своего наставника о помощи и послушать, что он тебе скажет. О помощи уже попросил, молодец какой. Теперь слушай. Первым делом успокойся. Тин еще жив.
- Ты думаешь? – Вилиар поднял на учителя несчастные глаза.
- Уверен. Мертвечиной дракон не питается. Лет сто назад, какая-то особо свободолюбивая барышня прямо на Драконьей Площади закололась. Так он ее жрать не стал, мерзавец. На лету он тоже обедать не станет.
- Почему?
- А как ты себе это представляешь? Ты длину его лап хорошо рассмотрел?
- И что это значит?
- Это значит, что некоторое время Тин еще точно проживет. Если бы эта рептилия где-нибудь садилась на территории королевства – об этом бы знали. Значит, жертв она тащит куда-то в логово.
- Но его же так просто не найдешь! А даже если бы мы точно знали, где оно располагается, дракон летает быстрее, чем мы передвигаемся. В любом случае быстрее.
- Это да. Но он летит сам, а мы скачем на лошадях. Лошадей, в отличие от крыльев, можно менять.
- А если он привалы устраивает? Где-нибудь в лесах. И никто не замечает. Как-то же он умеет прятаться, если никто до сих пор его не выследил.
- Ага, он собирает за собой приличный «хвост» и жрет всех преследователей сразу, а потом летит, куда собирался. Поэтому на привалах он жрать не будет. Жрать - это такое занятие, которое требует внимания и самоотдачи. А когда за тобой рыцари бегают – особо не расслабишься.
- Хорошо, а как мы найдем это его логово? Тысячу лет никто найти не мог, а мы найдем?
- Так, тут кто-то недавно рвался не пойми куда. Спокойствие.
- Извини.
- У нас с тобой, дорогой друг, есть существенное преимущество перед всеми предшественниками.
- Какое?
- Они охотились на дракона во имя чести. А мы - во имя жизни дорого человека.
- Не аргумент. Когда короли скармливали родных дочерей…
- А вот в те времена, еще не было Арго.
- А кто это?
- А мрак его знает. Но он совершенно точно имеет какое-то отношение к дракону. И что-то мне подсказывает, что его нам найти будет легче, чем логово дракона.
- Подожди? Ты хочешь сказать, что идешь со мной? – Принц вскидывает на наставника удивленные глаза. Саррт стоит в дверях, прислонившись плечом к косяку, и смотрит на подопечного с усмешкой. Этому мужчине вообще не обязательно растягивать губы, чтобы стало ясно, что он улыбается. Выразительные, тепло-карие его глаза передают эмоции гораздо лучше. Вообще весь наставник Саррт был очень теплым: мягкие волнистые волосы, каштановым шелком, лежат за плечами, стянутые в хвост тонким ремешком. На загорелой коже бугрятся старые шрамы: по шее, по рукам – под одеждой, насколько знает Вилиар. На его памяти наставник злился только один раз и герцогу до сих пор не хотелось вспоминать об этом, больно уж жуткое зрелище представлял из себя мужчина.
- Именно это я и хочу сказать.
- Почему?
- А зачем молчать – все равно же заметишь. – Пожал плечами Саррт.
- Нет, почему ты идешь со мной?
- Моего ученика стырила какая-то ящерица-переросток. Как ты думаешь, я останусь в стороне?
- Видимо, нет. – Расплылся в широкой улыбке не наследный принц.
- Собирайся, чего расселся. Времени в обрез! – Скомандовал наставник и герцога, как ветром сдуло куда-то в направлении конюшен.
***
Тем временем Его Наследное Высочество понял, что если раньше он считал, что боится высоты, то на самом деле просто не знал, что такое ВЫСОТА. Полюбовавшись на красоты родины и уяснив, что с такого ракурса он не готов любить природу, тихо пискнув, Тин потерял сознание. Пришел в себя он на чем-то твердом. Полежал с закрытыми глазами, чувствуя щекой прохладный шелк травы, и без фанатизма удивлялся тому, что эта трава почему-то качается. Так и не придумав, куда может плыть трава, Тин аккуратно приоткрыл один глаз и осмотрелся. По всему выходило, что трава никуда не плывет. И вообще не качается. А принца, по всей видимости, просто укачало в лодке. Попытка оглядеться принесла неожиданные результаты: бронзовая, чешуйчатая стена пошевелилась, выуживая из своих недр клыкастую морду и любопытно покосилась на него зеленым глазом с вертикальным зрачком. Принц испуганно пискнул и медленно пополз прочь от страшной морды. Морда повернулась к нему окончательно и стала рассматривать уже двумя глазами.
Бегство Его Высочества обломало дерево, подло выросшее пару десятилетий назад именно в этом чертовом месте. Тин уже прикидывал как бы ему это дерево опползти, когда из-под крыла (?) появилась лапа, бережно сомкнула длиннющие когти поперек принцевых груди и живота и подтащила к себе, накрывая крылом. Под крылом было, как в палатке. По бронзовой коже сомнительного его убежища застучали первые капли дождя.
- Мамочка… - Упавшим голосом прошептал принц.